Автор колонки: M*A*S*H показал, что смех и горе неразделимы

Сериал M*A*S*H («Чёртова служба в госпитале МЭШ») остаётся выдающимся и больше чем через полвека после премьеры. Так считает автор колонки, который вырос на этом шоу и недавно его пересмотрел. Главный тезис: создатели сериала понимали, насколько тесно связаны смех и горе.

Всё началось с фильма Роберта Олтмена 1970 года. Хирурги армейского госпиталя на Корейской войне спасались от безумия розыгрышами, алкоголем и пренебрежением к начальству. Через два года CBS превратила картину в сериал. Анархичный дух сохранился, но появилось то, чего не было у фильма: время, чтобы узнать героев. За 11 сезонов M*A*S*H прошёл путь от ситкома про острых на язык докторов до вдумчивого разговора о человечности.

Первые эпизоды, по словам автора, держатся на грубоватом юморе в духе Олтмена. Ястреб Пирс (Алан Алда) и Ловкач Джон (Уэйн Роджерс) пьют, ухлёстывают за медсёстрами и изводят вечно возмущённого Фрэнка Бёрнса (Ларри Линвилл). Потом персонажи усложняются. Неприязнь Ястреба к войне становится личной. Маргарет «Горячие губки» Халихан (Лоретта Свит) перестаёт быть просто строгой старшей медсестрой. Даже Максвелл Клингер (Джейми Фарр), который поначалу всеми силами пытался комиссоваться, превращается в толкового и сочувствующего члена отряда.

Замены в касте, которые могли бы угробить другой сериал, M*A*S*H только усилили. Би Джей Ханникатт (Майк Фаррелл) пришёл вместо Ловкача Джона, полковник Шерман Поттер (Гарри Морган) сменил Генри Блейка (Маклин Стивенсон), а Чарльз Эмерсон Уинчестер III (Дэвид Огден Стирс) занял место Фрэнка Бёрнса. Каждый принёс что-то своё, и шоу менялось, не теряя лица.

Росла и смелость подачи. Автор приводит примеры:

Point of View (7 сезон, 11 серия) — эпизод показан глазами раненого солдата.
Life Time (8 сезон, 11 серия) — часы на экране подчёркивают, как мало времени у врачей.
Dreams (8 сезон, 22 серия) — сюрреалистичные кошмары показывают, как война ломает психику.

Для получасовой комедии — необычная эволюция.

Шутки Ястреба, по мнению колумниста, почти никогда не бывают просто шутками. Это защита от войны, которую он ненавидит, но из которой не может вырваться. Когда привозят раненых, вопросов к его преданности делу нет: под маской шута — талантливый хирург, переживающий каждую потерю. Комедия здесь не существует отдельно от страданий, она реакция на них.

Лучший пример — эпизод Abyssinia, Henry (3 сезон, 24 серия). Генри Блейк получает демобилизацию, трогательно прощается, и всё идёт к хеппи-энду. Но Радар (Гэри Бургхофф) входит в операционную с новостью: самолёт Генри сбит, выживших нет. Хирурги принимают удар и возвращаются к пациентам — война не даёт времени горевать. Автор называет эту сцену одной из самых душераздирающих на телевидении именно потому, что она случилась в ситкоме.

Финальный эпизод Goodbye, Farewell and Amen вышел 28 февраля 1983 года. Его посмотрели около 106 миллионов американцев — примерно на 24 миллиона больше, чем Супербоул XVII месяцем ранее, где Washington обыграл Miami. 150-минутный финал до сих пор держит рекорд как самый просматриваемый эпизод сценарного телевидения в истории США.

Но ценен он, по мнению автора, не рекордом, а отказом от простого счастливого конца. Ястреб начинает историю в психиатрической больнице и вместе с психиатром Сидни Фридманом (Аллан Арбус) постепенно вспоминает страшный случай с кореянкой и её младенцем. Чарльз раздавлен гибелью китайских пленных, которых учил музыке. Отец Малкахи (Уильям Кристофер) теряет слух. Клингер, годами рвавшийся домой, остаётся в Корее с новой женой.

А потом — прощание Ястреба и Би Джея. Вертолёт поднимается над опустевшим лагерем, и Ястреб видит выложенное камнями слово GOODBYE. Простой жест, который после всего пережитого героями пробирает до слёз.

Автору было 11 лет, когда вышел финал, и при недавнем пересмотре сцена ударила так же сильно. «Даже ребёнком я понимал, что смотрю не просто конец телешоу. Я прощался с людьми, которых успел полюбить», — пишет он. Сейчас M*A*S*H можно посмотреть на Hulu и Disney Plus.