«Славные парни»: 7 актёров для воображаемого ремейка

Автор Screen Rant предложила семь актёров для гипотетической версии «Славных парней» (Goodfellas), если бы фильм Мартина Скорсезе снимали в 2026 году. Это не сообщение о подготовке ремейка, а мысленный эксперимент: кто из современных исполнителей мог бы заново сыграть Генри Хилла и его окружение, не копируя Рэя Лиотту, Роберта Де Ниро и Джо Пеши.

Оригинальные «Славные парни» вышли 19 сентября 1990 года. Логика подборки — найти не внешнее сходство со звёздами фильма, а качества, на которых держатся персонажи: обаяние Генри, скрытая угроза Джимми, непредсказуемость Томми. Ниже — все семь кандидатур в порядке источника и аргументы автора в пользу каждой.

1. Джереми Аллен Уайт — Генри Хилл

Генри в исполнении Рэя Лиотты настолько очарован деньгами, вниманием и привилегиями преступной жизни, что долго отказывается замечать её разрушительные последствия. По мнению автора, Джереми Аллен Уайт мог бы сохранить привлекательность героя даже в моменты, когда его поступкам трудно найти оправдание: в «Медведе» (The Bear) он уже показал человека на грани нервного срыва. Особенно убедительно актёр смотрелся бы в эпизоде последнего дня Генри на свободе, когда сделки с наркотиками, семейные дела и страх слежки складываются в нарастающую панику. Для ранних лет персонажа Уайту понадобилось бы больше самоуверенности, зато постепенная потеря контроля — его сильная сторона.

2. Джон Бернтал — Джимми Конвей

Джимми Конвей, которого сыграл Роберт Де Ниро, умеет быть обаятельным, но после ограбления Lufthansa деньги быстро оказываются для него важнее дружбы. Автор предлагает Джона Бернтала: роль Фрэнка Касла в «Карателе» (The Punisher) показала, насколько убедительно он передаёт угрозу, хотя здесь одной физической силы было бы мало. Для Джимми ему пригодилось бы тревожное обаяние Майки Берзатто из «Медведя» — способность располагать к себе и одновременно заставлять собеседника насторожиться. Главная проверка для такого исполнения — сцены, в которых Конвей молча решает, кто из сообщников стал обузой: опасность должна чувствоваться ещё до прямой угрозы.

3. Барри Кеоган — Томми Де Вито

Джо Пеши получил «Оскар» за Томми Де Вито — гангстера, чей вспыльчивый характер держит в напряжении даже ближайших друзей, а сцена с вопросом о том, смешной ли он, строится на невозможности отличить шутку от угрозы. Повторять Пеши автор считает ошибкой, поэтому выбирает Барри Кеогана с его совсем другой манерой создавать дискомфорт. В «Убийстве священного оленя» (The Killing of a Sacred Deer) актёр пугал без привычных вспышек агрессии, а в «Солтбёрне» (Saltburn) скрывал опасные намерения за безобидной внешностью. Ему пришлось бы освоить характерную нью-йоркскую манеру Томми, но непредсказуемость Кеогана могла бы дать персонажу самостоятельную трактовку вместо подражания оригиналу.

4. Кристин Милиоти — Карен Хилл

Карен в исполнении Лоррейн Бракко — не просто наблюдательница: сначала её увлекают связи Генри, деньги и острые ощущения, а затем она всё глубже втягивается в его опасную жизнь. Кристин Милиоти попала в подборку прежде всего благодаря Софии Фальконе из «Пингвина» (The Penguin): автор видит в этой работе умение играть женщину, которую окружающие мужчины недооценивают. Быстрый переход от веселья к ярости пригодился бы и для тревожного закадрового рассказа Карен, и для её столкновения с любовницей Генри Дженис. Комедийное чутьё Милиоти позволило бы передать нелепость некоторых ситуаций, не убирая из них ощущение реальной опасности.

5. Винсент Д’Онофрио — Поли Сисеро

Поли Сисеро, которого сыграл Пол Сорвино, не нужно повышать голос: его окружение и так понимает цену неповиновения, даже когда босс раздаёт советы с почти отеческим спокойствием. По мнению автора, Винсент Д’Онофрио подходит на эту роль благодаря Уилсону Фиску из «Сорвиголовы» (Daredevil), где обычный разговор в его исполнении легко превращается в предупреждение. Поли способен на щедрость и привязанность, но торговля Генри наркотиками угрожает организации — и терпение босса заканчивается. Д’Онофрио мог бы сыграть переход от искренней теплоты к полной холодности так, чтобы изгнание Генри из ближнего круга ощущалось не только деловым решением, но и болезненным разрывом.

6. Бобби Каннавале — Билли Бэттс

У Билли Бэттса мало экранного времени, но огромная роль в развитии событий: герой Фрэнка Винсента унижает Томми напоминаниями о работе чистильщиком обуви и запускает цепочку жестоких последствий. Бобби Каннавале, по оценке автора, мог бы передать самоуверенность человека, который слишком поздно понимает, насколько опасного собеседника провоцирует. Его Джип Розетти из «Подпольной империи» (Boardwalk Empire) уже показал, как актёр превращает случайную реплику в повод для смертельно опасного конфликта. В паре с Кеоганом ему предстояло бы удержать главный перелом сцены в баре: обмен колкостями ещё кажется смешным, а в следующий момент становится страшным.

7. Дэвид Крамхолц — Морри Кесслер

Морри Кесслер в исполнении Чака Лоу продаёт парики и настойчиво требует у Джимми свою долю после ограбления Lufthansa, хотя тот уже избавляется от людей, способных ему навредить. Автор предлагает Дэвида Крамхолца за сочетание выразительности и комедийных способностей: его работы в «Двойке» (The Deuce) и «Оппенгеймере» (Oppenheimer) показывают диапазон, а здесь пригодились бы отчаяние и неуместная уверенность героя. Сложность роли — сделать Морри по-настоящему назойливым, но не лишить зрительского сочувствия, когда требования денег начинают угрожать его жизни. В трактовке Крамхолца каждый такой разговор мог бы звучать как личная катастрофа человека, который хочет получить долг и не замечает, что выбрал худший момент.