10 фильмов 70-х для поклонников «Крёстного отца» Копполы

«Крёстный отец» (The Godfather) — не единственная вершина кино 1970-х. Автор CBR Эшли выбрал десять картин десятилетия, которые, по его мнению, превосходят историю Майкла Корлеоне: одни сильнее держат в напряжении, другие вызывают более глубокий эмоциональный отклик. В подборку вошли детективы, хорроры, военная драма и история боксёра, получившего шанс изменить жизнь.

Это субъективный выбор, а не попытка оспорить влияние фильма Фрэнсиса Форда Копполы. Автор признаёт его значение для гангстерского жанра, но ищет у других режиссёров — и у самого Копполы — более сосредоточенные, тревожные или человечные истории. Ниже сохранён порядок исходной подборки.

1. Разговор (The Conversation, 1974)

Джин Хэкмен играет Гарри Кола, специалиста по прослушке, которому поручают следить за неверной женой заказчика и её любовником. Заподозрив, что муж собирается убить пару, Кол всё глубже погружается в тревогу и чувство вины. Вместо размаха «Крёстного отца» Коппола сосредоточивается на сознании одного человека, превращая расследование в почти клаустрофобический опыт. Именно эту концентрацию на страхе и моральной ответственности автор считает основой самого интеллектуального триллера режиссёра.

2. Рокки (Rocky)

Сильвестр Сталлоне написал сценарий и сыграл начинающего боксёра из Филадельфии, которому чемпион Аполло Крид неожиданно предлагает бой за титул. Одновременно Рокки Бальбоа решается сблизиться с Эдриан: шанс на новую жизнь для него не ограничивается рингом. Автор видит в фильме противовес цинизму и криминальным сюжетам десятилетия — историю человека, которому нужно доказать собственную состоятельность. Её убедительность усиливает судьба самого Сталлоне, для которого успех картины стал выходом из бедности.

3. Чужой (Alien)

Экипаж грузового корабля «Ностромо» обнаруживает заброшенный инопланетный корабль, а затем сталкивается с существом, проникшим внутрь одного из членов команды. Вырвавшись наружу, оно скрывается в отсеках и начинает охоту на людей. По мнению автора, Ридли Скотт особенно точно передал космический ужас: будущее здесь пугает не только техникой и условиями жизни, но и полной неизвестностью за пределами человеческого опыта. Эллен Рипли он ставит в один ряд с Майклом Корлеоне по узнаваемости и значению для кино.

4. Челюсти (Jaws, 1975)

В экранизации романа Питера Бенчли начальник полиции Броуди пытается защитить жителей острова Эмити от большой белой акулы. Когда число жертв растёт, он выходит в море с биологом Хупером и капитаном Куинтом. Автор выделяет умение Стивена Спилберга соединять хоррор, приключение и семейную драму без провисаний: каждый эпизод работает на интерес зрителя. В сравнении с неторопливой гангстерской сагой Копполы главным преимуществом «Челюстей» для него становится плотность действия и напряжения.

5. Апокалипсис сегодня (Apocalypse Now)

Капитан Уиллард получает задание найти в Камбодже полковника Курца, вышедшего из-под контроля командования и ведущего собственную войну в джунглях. Путь к нему через хаос войны во Вьетнаме превращается в путешествие, которое глубоко меняет участников. Коппола свободно опирается на «Сердце тьмы» Джозефа Конрада, выстраивая почти отдельный мир со своей пугающей логикой. Автор считает эту военную одиссею более эмоциональной, напряжённой и побуждающей к размышлениям работой, чем «Крёстный отец».

6. Пролетая над гнездом кукушки (One Flew Over the Cuckoo’s Nest)

Герой Джека Николсона, преступник Макмёрфи, заявляет о невменяемости, чтобы избежать тюрьмы, но попадает в клинику под власть сестры Рэтчед. Подружившись с пациентами, он начинает сопротивляться порядкам учреждения, где послушания добиваются угрозами электросудорожной терапии и лоботомии. В драме Милоша Формана автор особенно ценит близость к зрителю: юмор сменяется тревогой, сочувствие — болезненным ощущением беспомощности. По силе этой эмоциональной связи он ставит картину выше истории Корлеоне.

7. Колдун (Sorcerer)

Четверо преступников скрываются от закона в небольшом поселении Центральной Америки. Нефтяная компания предлагает им документы и возможность начать заново в обмен на перевозку взрывчатки через джунгли на двух грузовиках. Снявший прежде «Изгоняющего дьявола» и «Французского связного» Уильям Фридкин соединяет здесь мрачное приключение с криминальным триллером. Автор называет «Колдуна», основанного на «Плате за страх» Жоржа Арно, недооценённой работой десятилетия: опасность для героев ощущается настолько остро, что напряжение порой превосходит «Крёстного отца».

8. Французский связной (The French Connection)

Нью-йоркский детектив отдела по борьбе с наркотиками Джимми Дойл в исполнении Джина Хэкмена узнаёт о готовящейся поставке героина. Расследование выводит его на французского бизнесмена Алена Шарнье и превращается в игру в кошки-мышки на улицах Манхэттена. Автор хвалит Фридкина за сочетание выразительного стиля с ощущением грязного, неблагополучного города и за способность сделать напряжённым даже внешне будничный эпизод. Для него это полицейское отражение «Крёстного отца»: другой взгляд на преступность, но сопоставимая сила жанрового кино.

9. Грязный Гарри (Dirty Harry, 1971)

Клинт Иствуд играет инспектора Гарри Каллахана, который ищет серийного убийцу в Сан-Франциско и ради результата прибегает к жестоким методам. Дон Сигел строит вокруг этого героя прямолинейный криминальный триллер, где попытка спасти следующую жертву обостряет вопрос о допустимых действиях полиции. Автор признаёт спорность идей картины, но высоко оценивает её постановку и влияние на жанр. Он также связывает её воздействие со страхом, который вызывал в городе убийца Зодиак, и общественным раздражением из-за преступности.

10. Китайский квартал (Chinatown, 1974)

Частный детектив Джейк Гиттес, которого играет Джек Николсон, зарабатывает расследованиями супружеских измен в Лос-Анджелесе 1930-х. Очередное дело оборачивается смертью объекта слежки и открытием, что нанявшая Гиттеса женщина выдавала себя за другую. В фильме Романа Полански автор прежде всего выделяет сценарий Роберта Тауна: частное расследование постепенно раскрывает сеть обмана и скандалов, разрушающую привычные представления героя. По его оценке, «Китайский квартал» переосмыслил детектив так же решительно, как Коппола — гангстерское кино, но предложил ещё более мрачный зрительский опыт.