Автор CBR: 10 классических фильмов, трудных для просмотра

Автор CBR Эшли в подборке от 3 ноября 2026 года назвал десять классических фильмов, которые, по его мнению, сегодня трудно смотреть. Причины разные: расистские стереотипы, чрезмерная жестокость, устаревшие эффекты или манера повествования, далёкая от привычек современной аудитории.

Это не рейтинг технического мастерства и не утверждение, что все картины одинаково плохи. Обозреватель признаёт историческое значение многих работ, но отделяет их вклад в кино от удовольствия при просмотре. В одном списке у него оказались приключения с динозаврами, экранизации Кубрика и пропагандистские ленты.

1. Заводной апельсин (A Clockwork Orange, 1971)

Фильм Стэнли Кубрика показывает антиутопическую Британию через историю Алекса Деларджа и его банды: после череды жестоких преступлений герой попадает под экспериментальную процедуру изменения поведения. По оценке автора, картина постоянно переключается между насилием, нигилизмом и отчаянием, почти не оставляя зрителю ничего, кроме сильных актёрских работ. Эшли считает, что сцены сексуального насилия и отталкивающие персонажи подавляют остальные достоинства фильма, а по содержательности он уступает «Дитя человеческому».

2. Затерянный мир (The Lost World, 1925)

В экранизации приключенческого романа Артура Конан Дойла режиссёр Гарри О. Хойт отправляет экспедицию в джунгли Южной Америки, где сохранились живые динозавры. Исследователи хотят привезти доказательства открытия, но сначала им нужно выбраться из мира хищников. Обозреватель признаёт значение картины для фантастического кино, однако считает её чёрно-белую покадровую анимацию слишком устаревшей для массового зрителя — особенно рядом с «Парком юрского периода» и «Кинг-Конгом» Питера Джексона.

3. Песня Юга (Song of the South)

Действие мюзикла происходит в Джорджии периода Реконструкции: мальчик Джонни приезжает с матерью на семейную плантацию и сближается с издольщиками, прежде всего с дядюшкой Римусом, рассказчиком историй о Братце Кролике. По мнению Эшли, за репутацией доброй семейной картины скрывается романтизация болезненного периода американской истории. Его главная претензия — персонажи, сведённые к расовым стереотипам, и благостное изображение Юга той эпохи, в которую возник Ку-клукс-клан.

4. Симаррон (Cimarron, 1931)

Молодожёны Янси и Сабра Крават переезжают в Осейдж во время земельной лихорадки, пытаются закрепиться в городе, защищают местное племя и противостоят преступникам. Постепенно обязанности и несовпадающие ценности отдаляют супругов друг от друга. Первый вестерн, получивший «Оскар» за лучший фильм, мог быть новаторским в 1931 году, пишет автор, но сегодня кажется ему затянутым: язык повествования и взгляд на Дикий Запад слишком далеки от ожиданий нынешней аудитории.

5. Лолита (Lolita)

В экранизации романа Владимира Набокова Стэнли Кубрик рассказывает об одержимости профессора Гумберта Гумберта 14-летней девочкой: ради близости к ней он женится на её матери, а история заканчивается трагедией. Эшли отдельно оговаривает, что фильм нельзя свести к одобрению действий героя, и признаёт качество постановки. Но два с половиной часа истории о преследовании подростка взрослым мужчиной, по его мнению, способны оттолкнуть зрителя независимо от художественных достоинств картины.

6. Унесённые ветром (Gone with the Wind, 1939)

История Скарлетт О’Хары разворачивается на американском Юге в 1860-е годы: её отношения с Реттом и Эшли меняются на фоне войны и потрясений, затрагивающих жизнь на плантации. Автор высоко оценивает качество постановки, особенно с учётом времени её создания, но критикует некритичное изображение расизма и романтизацию рабовладельческой эпохи. Ещё одним препятствием для современного зрителя он называет почти четырёхчасовую продолжительность фильма.

7. Ведьма из Блэр: Курсовая с того света (The Blair Witch Project, 1999)

Малобюджетный хоррор о студентах, отправившихся в леса Мэриленда исследовать легенду о ведьме, превратился в кассовый хит и повлиял на популярность фильмов в формате найденных записей в 2000-х. При этом Эшли считает его спорным зрелищем: значительная часть ужаса, по его оценке, строится на переигранных реакциях героев на то, чего зритель не видит. В тёмном кинозале этот приём ещё может работать, но при просмотре сегодня картине, как полагает обозреватель, трудно удерживать интерес.

8. Бэтмен (Batman, 1966)

Адам Уэст и Берт Уорд играют Бэтмена и Робина, которым приходится противостоять союзу Женщины-кошки, Джокера, Загадочника и Пингвина. Нелепые преступные планы и нарочито театральная подача определяют весь тон приключения. Автор считает картину любопытной частью истории Тёмного рыцаря, но полагает, что её эстетика кэмпа гораздо лучше соответствовала культуре 1960-х, чем ожиданиям аудитории, знакомой с фильмами Мэтта Ривза и комиксами Скотта Снайдера.

9. Рождение нации (The Birth of a Nation, 1915)

Немой фильм Дэвида Уорка Гриффита переписывает историю США после Гражданской войны, изображая Ку-клукс-клан героической силой, а освобождённых чернокожих — через жестокие расистские карикатуры. Эшли подчёркивает разрыв между техническими достижениями картины, за которые её хвалили критики, и её идеологией. Показ фильма в Белом доме при президенте Вудро Вильсоне он рассматривает как свидетельство того, насколько глубоко расистские представления той эпохи проникли в американскую культуру и политику.

10. Триумф воли (Triumph of the Will)

Лени Рифеншталь использовала речи, организации и центры власти нацистской Германии для прославления тоталитарного государства. По оценке автора, место ленты в истории кино связано с мастерством режиссёра, а не с ценностью её идей: международное признание не отменяет пропагандистской природы фильма. Сегодня Эшли видит смысл его просмотра прежде всего в изучении истории и механизмов пропаганды — как напоминания об опасности фашизма, а не как обычного сеанса классического кино.